«МЫ ДОЛЖНЫ ХРАНИТЬ СВОЮ ПАСТВУ В ЛОНЕ ЦЕРКВИ»

 

«МЫ ДОЛЖНЫ ХРАНИТЬ СВОЮ ПАСТВУ В ЛОНЕ ЦЕРКВИ»

Протоиерей Вячеслав Давиденко, руководитель молодежного комитета Монреальской и Канадской епархии РПЦЗ, не стремится осовремениться, чтобы найти с молодежью общий язык, напротив – он учит своих подопечных древнему языку Церкви, читая с ними творения святых отцов и патерики с житиями пустынников. Все это происходит не где-нибудь, а в Торонто – крупнейшем городе Канады, страны, где так давно узаконена «толерантность», что успело вырасти целое поколение молодежи, не видящее в однополых «браках» ничего необычного или предосудительного. И тем более удивительно и радостно слышать от отца Вячеслава такие слова: «А что касается “Древнего патерика”, читать его нужно: в нем даются реальные жизненные примеры, и ребятам это интересно, потому что они находят точки соприкосновения со своей собственной жизнью».

    

– На вашей странице в «Фейсбуке» недавно появилось видео, на котором вы в обществе очень симпатичных молодых людей гуляете у Ниагарского водопада. Как раз хотела спросить, как выглядят те молодые люди, которым вы рассказываете о древних отцах.

– А вот это они и есть – наша молодежная группа, и недавно мы выбирались с ними на Ниагару. Те ребятушки, с которыми мы регулярно работаем.

– Вы ведете беседы с молодежью по «Древнему патерику или Достопамятным сказаниям о подвижничестве святых и блаженных отцов». Почему вы избрали такую несовременную тему?

– Объясню: мы прочли «Изложение православной веры» свт. Иоанна Дамаскина, и для них это оказалось немного сложно. Поэтому мы взяли «Древний патерик» – в нем в кратком изложении, на очень наглядных примерах даны все необходимые наставления в духовной жизни.

– Сегодня многим кажется, что древними патериками, Иоанном Дамаскиным и прочая, молодежь не то что не привлечешь, а даже никак и не заинтересуешь.

– Что касается творений Иоанна Дамаскина, честно признаюсь: когда мы уже перебрались за середину, – туда, где он говорит о догматах, о Святой Троице, о природе Господа Иисуса Христа, – было, конечно, сложно. Даже владыка Гавриил[i], – он однажды был у нас в кружке – когда мы ехали домой, сказал мне: «Отец Вячеслав, вы не думаете, что для них это слишком тяжело?» Я ответил: «Владыка, все понимаю, но только бросать жалко: мы уже на середине книги».

И попросил своих ребят: «Терпите».

Но есть один очень позитивный момент, который мы извлекли из чтения именно Иоанна Дамаскина. Я сказал им: «Ребятушки! А теперь представьте, что такое богословское вольнодумство. Вы поняли, насколько богословие –точная наука, и насколько неприемлемо и страшно, когда люди от ветра головы своея начинают заявлять: «А я думаю, должно быть так! А это мое мнение!» Никогда не вмешивайтесь в богословские диспуты, потому что богословие гораздо выше наших простых житейских соображений».

    

А что касается «Древнего патерика», читать его нужно: в нем даются реальные примеры, и ребятам это интересно, потому что они находят точки соприкосновения со своей жизнью.

Я постоянно говорю и повторяю: да, в патериках изложено монашеское житие, никто не требует от вас точно такой же жизни, такой же строгости, но это – ориентиры, это идеалы, к которым мы должны стремиться.

Наша жизнь наполнена и даже переполнена информацией: интернет, телефоны, планшеты, компьютеры… А «Древний патерик» дает настолько яркие примеры другой жизни, что они, слава Богу, очень выделяются на этом фоне.

– Но когда современные молодые люди слышат, допустим, рассказ про преподобного Герасима, который льва кормил в пустыне, не воспринимают ли они его просто как сказку?

– Конечно, может быть такое искушение – кто-то скажет: какая пустыня, какой лев? Но ведь это же еще пример сострадания! Увидеть льва, у которого в лапе шип, рана гноится, и очистить эту рану, вытащить шип, не боясь, что лев тебя загрызет, – для этого нужны сострадание и храбрость.

А ведь это может быть даже не лев, а другой человек…

Мы делаем акцент на самой добродетели, которая представляется на определенном примере взаимоотношений святых отцов, или взаимоотношений святых отцов с животными, или с какими-то другими предметами.

Помните, как братия святого Пимена остановились в капище, и он встал напротив языческой статуи и начал бросать ей камушки в лицо? А братия спрашивает: зачем ты это делал? Он отвечает: «Вы хотите жить вместе?» – «Да». – «Если будете как эта статуя, будем жить вместе. А если нет, тогда мы разойдемся».

Я ребятам сказал: не надо идти искать себе статую и кидаться в нее камнями, но надо понять смысл: терпение и самообладание, если кто-то тебя обижает, кто-то в тебя, может быть, не камушками, а словами кидает или, бывает, даже взглядами.

Это примеры настолько яркие, что, дай Бог, они врежутся в их память и когда-то в критический момент помогут.

– Ваша молодежь – кто они? Родились в Канаде или переехали, есть ли потомки первой эмиграции?

– Из старой эмиграции уже почти никого – большая часть этой молодежи давно перешла на английский язык, их катастрофически мало среди нас. Подавляющее большинство – это ребята, приехавшие в Канаду в последние десять-пятнадцать лет. Это дети последней эмиграции.

Приходили к нам и ребята, не говорящие по-русски, — канадцы или эмигранты в Канаду из других стран — которых заинтересовало Православие, и тогда кто-то сидел с ними рядом и потихонечку переводил, потому что у нас все встречи проходят на русском языке.

    

– Нельзя не спросить вас и о том окружении, в котором вы живете. Год назад на нашем портале была опубликована статья, в которой рассказывалось, как в Торонто 35 тысяч детей не пришли в школы потому, что их не пустили родители, протестовавшие против внедрения новой программы, простите, «секспросвета».

Когда они приходят к нам, очень трудно объяснить им, почему это грех.

– Да, так и было, и у нас в этом смысле весьма тяжелая ситуация. Работая с молодежью, могу сказать от первого лица: дети, выросшие не в церковных семьях, чьи родители не обращали внимания на эту сторону воспитания, настолько уже восприняли пропаганду гомосексуализма и других извращений, что когда они приходят к нам, очень трудно объяснить им, почему это грех.

У нас в молодежном кружке даже была отдельная беседа на эту тему – о том, почему такой образ жизни неприемлем. Мы беседовали спокойно, копий не ломали, но есть молодые люди, которые, слушая все это, смотрят на нас и говорят: «Что это с вами? Вы какие-то ненормальные! Это ж норма, сейчас так все живут!»

И очень нелегко и непросто достучаться до них – любой нажим с нашей стороны, любая, скажем так, эмоциональная защита своей позиции сразу же вызывает у них отвращение.

Поэтому мы должны действовать крайне осторожно.

Но при этом мы всегда говорим так как есть: я никогда не скрываю своих взглядов, у нас очень строгий подход, мы за полностью православный нравственный образ жизни и этику, мы осуждаем гомосексуализм и блудные грехи, добрачные связи и прочая, но в нашем обществе, к сожалению, это все уже считается нормой.

– То есть вы хотите сказать, что гомосексуализм уже существует в общественном сознании как норма?

Еще один шаг – и мы останемся вне закона.

– Да. И если родители детей, учащихся в средних и тем более в младших классах, поднялись на протест против внедрения той программы, то молодежь 16-17-20 лет выросла в таком окружении. У них есть знакомые, которые придерживаются таких взглядов, так живут.

Слава Богу, у нас есть ребята, которые регулярно исповедуются, причащаются и стремятся жить по-православному.

Но я давно говорю: еще один шаг – и мы останемся вне закона.

На федеральном уровне регистрируются гомосексуальные «браки» – а ведь Священное Писание и Священное Предание говорит, что это неприемлемо, что это мерзость перед Господом.

И получается, что на богослужении мы читаем Книгу, которая не вписывается в их мировоззрение, мы читаем святых отцов, которые говорят об этом с осуждением.

И в какой-то прекрасный день правительство может прийти и сказать: или вы подчиняетесь и пересматриваете свои взгляды, или мы лишаем вас права регистрировать браки.

Дело в том, что в Канаде духовенство имеет право регистрировать браки. Процедура такова: прихожане идут в городское управление, получают свидетельство о браке, – так называемую лицензию – приносят его в храм, мы совершаем венчание, после венчания садимся за стол, подписываем документы и отсылаем их в регистрационный отдел.

Но мы же не будем регистрировать однополые «браки»!

И вполне возможно, что из-за наших взглядов нас, если не сейчас, то когда-то могут лишить этой функции – регистрировать браки.

Еще один момент – у Церкви в Канаде особый статус: как благотворительная организация она освобождена от налогов. И вот недавно один политик угрожал лишить Церковь этого статуса, если она не будут регистрировать однополые «браки». Пока в законе этого нет, но может это произойти в любой момент.

Мы фактически уже живем в Содоме и Гоморре.

– Вся логика развития общества говорит о том, что, наверное, и произойдет.

– Да, потому что мы фактически уже живем в Содоме и Гоморре.

– Например, в Греции уже предлагают ввести уголовное преследование за «дискриминацию» однополых «браков», а до этого стало известно, что одного митрополита вызывают в суд за высказывания о «сексуальных меньшинствах». А ведь еще два года назад такое невозможно было представить.

– Да, я читал об этом. У нас есть еще одна скорбь и печаль: некоторые протестантские, если их можно так назвать, церкви «идут в ногу со временем» и вывешивают при входе радужные флаги и таблички «Добро пожаловать». И кроме прочего, тем самым подрывают почву под ногами остальных христиан – однажды нам покажут на них и скажут: «Ну вот эти-то христиане заключают однополые “браки”? А вы почему не можете? Почему вы продолжаете говорить, что это грех?»

Отчасти еще и поэтому, работая с молодежью, мы выбрали «Древний патерик» – чтобы показать им святоотеческое наследие. А это ведь очень важно.

Смотрите: если у протестантов, которые верят только в Священное Писание («Sola Scriptura» – «только Писание»), этот вопрос решается просто-напросто его редакцией, – отредактировали Библию и, пожалуйста, вывесили флаг радужный у входа – то у нас ситуация принципиально другая, у нас Священное Писание – часть Священного Предания.

А Священное Предание имеет двухтысячелетнюю историю. И как же мы, даже если бы вдруг захотели, все эти две тысячи лет отредактируем? Это же совершенно невозможно!

Поэтому у нас не будет перемен – это я молодежи говорю сразу. У нас своя миссия, у нас свой взгляд на нравственность, это невозможно для нас. Даже если кто-то Библию перепишет – а все жития святых, а все святоотеческое наследие? Там же тоже открытым текстом говорится, что все это неприемлемо.

    

– Однако перемены все сильнее затрагивают общество — и у нас в России тоже. Чего держаться в этом мире бушующем?

– Нашего святоотеческого учения. Конечно, оно необъемлемо для одного человека – очень сложно прочитать абсолютно все. Поэтому-то, когда мы воцерковляем не только молодежь, но и взрослых людей, и проводим беседы перед Крещением, я всегда говорю: очень важный момент – принятие человеком учения Церкви и согласие человека с тем, что он будет жить так, как учит Церковь.

Человек должен сказать себе: если Церковь учит так, то и я это принимаю, держусь этого.

Как говорят, святые отцы, Церковь – это корабль спасения, и тот, кто плывет на нем, тот спасается.

Мы должны и себя всегда держать в лоне Церкви, и паству свою вести в лоно церковное и хранить в Церкви. Если человек осознанно бросает свой якорь именно в церковной гавани, то все будет хорошо – что бы ни случилось, он не пропадет.